Jump to Navigation

Почему белорусские женщины становятся беднее

Бытует мнение, что женская эмансипация устойчиво ведет к уменьшению рождаемости. Более ранние научные модели предполагали, что женщины, участвующие на рынке труда, выбирают между рождением ребенком и карьерой.

Однако новые данные ставят достоверность подобных моделей под сомнение. Недавние исследования приходят к выводу, что тенденция уменьшения рождаемости в высокоразвитых странах при определенных условиях обратима. То есть, сохранение низкой рождаемости в государствах с высоким уровнем доходов — не вечное проклятие.

Развернуть тенденцию уменьшения рождаемости удается высокоразвитым странам, которые достигают уровня индекса человеческого развития более 0,9 (по шкале от 0 до 1). Предполагается, что именно большее гендерное равенство, как в социальной сфере, так и в экономической, и улучшение условий на рынке труда для женщин отражается в увеличении индекса, которое со временем преломляет удручающую демографическую картину (Myrskylä, 2009). Здесь стоит указать, что наша страна пока далека от достижения показателя индекса человеческого потенциала в 0,9. В настоящее время в Беларуси он составляет около 0,75. Однако ряд выводов о связи особенностей рынка труда и рождаемостью в высокоразвитых странах уместен и в нашем случае.

Улучшение положения женщины на рынке труда стимулирует рождаемость, и такая тенденция среди высокоразвитых стран уже наблюдается в США (коэффициент рождаемости 2,06), Нидерландах (1,76), Финляндии (1,83), Швеции (1,90), Норвегии (1,88) и других странах. Причем, вопреки расхожему мнению, высокую рождаемость в скандинавских странах не обязательно обеспечивают семьи мигрантов. Например, сегодня в Норвегии наибольшие показатели рождаемости — в регионах с небольшой долей иммигрантов из других стран, в то время как в районах со значительным количеством мигрантов рождаемость ниже.

В отличие от североевропейских государств, в южноевропейских странах с низким уровнем участия женщин на рынке труда коэффициент рождаемости гораздо меньше (Испания — 1,36, Италия — 1,41). Негативные особенности трудового законодательства вкупе с общим состоянием экономики увеличивают неуверенность женщины в своем трудоустройстве в случае деторождения, а это негативно отражается на уровне рождаемости.

Временный уход с рынка труда для рождения и воспитания ребенка сопряжен с потерей доходов, величина которой варьируется от возраста матери и зависит от трех факторов: упущенный заработок в течение времени, проведенного с ребенком, меньший уровень зарплаты при возвращении к работе в связи с упущенным опытом, потенциальное увеличение риска безработицы. Женщины принимают решение о деторождении в зависимости от того, как рынок труда влияет на предполагаемый доход их и их супругов (Alícia Adserà, 2004).

Две полезные модели рынка труда

Согласно выводам исследований, две модели рынка труда в высокоразвитых странах обеспечивают довольно высокий уровень рождаемости, близкий к простому воспроизводству, либо превышающий его:

• Страны с гибким рынком труда и низким уровнем безработицы (США, Австралия). Это дает женщинам чувствовать себя более уверенными без больших издержек для себя вернуться на рынок труда после периода воспитания ребенка.

• Страны с большим госсектором, трудовым законодательством на стороне работника (долгосрочные рабочие контакты) и щедрыми программами поддержки материнства (Норвегия, Швеция).

В то же время в высокоразвитых странах Южной Европы не работает ни одна из этих моделей. Рынки труда в этих странах недостаточно гибкие (распространенность срочных трудовых контрактов, сложности с частичным трудоустройством), пособия по материнству сравнительно скромные, а потому издержки от деторождения значительны. В итоге, молодые женщины зачастую откладывают деторождение на поздний срок. Неуверенность в трудоустройстве и среди мужчин в связи с высокой безработицей в молодежной среде оказывает еще большее депрессивное воздействие на рождаемость.

Таким образом, структура рынка труда определяет величину издержек от деторождения. Чем более величина «наказания» в виде упущенного опыта, замедленного роста зарплаты и большего риска безработицы по возращению на рынок труда, тем более низкий уровень рождаемости в высокоразвитых странах.

Феминизация низкооплачиваемых отраслей экономики Беларуси

Каково положение белорусских женщин на рынке труда? Разница в оплате труда между полами в Беларуси постоянно увеличивалась. Согласно недавнему исследованию, она еще более возросла в связи с экономическим кризисом 2011 г. В итоге, к концу 2011 г. средняя зарплата белорусских женщин составляла всего 73,7% от зарплаты мужчин.

Почему белорусские женщины испытывают сокращения своих относительных заработков, если Беларусь не провела рыночные реформы и основные причинные факторы уменьшения оплаты труда женщин, присущие странам с переходной экономикой, отсутствуют?

Спрос на женский труд, в особенности в частном секторе, уменьшился в связи с меньшей производительностью труда женщин (в том числе, в связи с издержками от воспитания детей). В то же время предложение женского труда на белорусском рынке осталось прежним. Этому содействует государственная политика Беларуси, которая заключается в сохранении уровня трудоустройства на предприятиях, даже если это противоречит их экономической логике развития.

В странах Центральной Европы участие женщин на рынке труда в реформенный период заметно уменьшилось. Например, в Польше в переходный период безработица нередко превышала 10% (в Беларуси — 5-7%; официально регистрируемый уровень намного меньше), и трудоустройство женщин резко сократилось. В странах бывшего СССР показатель участия женщин на рынке труда также уменьшился, но не в столь большой степени, как в переходных экономиках стран Центральной Европы. Беларусь удивила исследователей тем, что уровень участия женщин на рынке труда — самый высокий и среди постсоветских стран. Он сохранился на уровне 80%, как и в советские времена (Pastore and Verashchagina, 2007).

В условиях нелиберального рынка труда и отсутствия благоприятных условий для трудовой миграции (большинство белорусских трудовых мигрантов в России — мужчины), потеря работы на госпредприятии для женщин с большой долей вероятности означает либо последующее трудоустройство в низкооплачиваемой отрасли, либо переход к статусу домохозяйки. Белорусские женщины также зачастую работают для обеспечения дополнительных льгот, связанных с работой, и в связи с низким заработком мужчин.

Если еще в середине 90-х уровни трудоустройства среди мужчин и женщин по различным секторам белорусской экономики были равные, в течение последующих десяти лет произошла явная «феминизация» низкопродуктивных отраслей, таких как текстильная и пищевая промышленность, торговля, образование, культура. Таким образом, даже в условиях белорусской «социально-рыночной» модели экономики женщины на рынке труда оказываются в более худшей ситуации, чем мужчины.

Еще большей разнице в оплате труда между полами способствует неравное распределение домашних обязанностей между мужчинами и женщинами. Одновременно с оплачиваемой работой женщины зачастую несут бремя неоплачиваемой, выполняя основную часть домашних обязанностей.

Затрачиваемое женщинами время на домашнюю работу в постсоветских странах в 2-3 раза превышает такой показатель в развитых рыночных экономиках (Malysheva and Verashchagina, 2007). В этих условиях женщинам гораздо труднее достигать карьерных высот в отраслях с более высокими заработками. В итоге, во многом из-за издержек, связанных с прерыванием работы в связи с материнством, наблюдается картина, при которой чем выше занимаемая должность, тем больше разница в оплате между полами.

Ответ респондентов Беларуси и Швеции в 2002 году на вопрос: «Согласны ли вы, что мужчина должен зарабатывать деньги, а женщина заниматься домашними обязанностями?»

Источник: Pastore and Verashchagina, 2007:21

Таким образом, специфику гендерного неравенства в Беларуси обусловливают и восприятие гендерных ролей в обществе, и особенности рынка труда. В белорусском обществе распространено мнение, что женщина должна выполнять основную долю домашних обязанностей, и в большинстве семей ситуация складывается именно таким образом. В то же время в Беларуси более высокое участие женщин на рынке труда, нежели в странах Центральной Европы, которые прошли значительную экономическую трансформацию, и других постсоветских государствах, которые провели умеренные экономические реформы и реформу рынка труда.

Рождаемость стимулирует уверенность женщин в своем достойном трудоустройстве после деторождения. Этому способствуют либо более гибкий рынок труда (а в Беларуси он самый зарегулированный среди стран региона), либо реформирование трудового законодательства в пользу работников, а не работодателей, и увеличение программ поддержки материнства. Госорганам также не следует ограничивать мобильность трудовых мигрантов и создавать препятствия для денежных переводов, поскольку это увеличивает экономическую неопределенность у семей и снижает возможный уровень доходов, что негативно сказывается на решении о рождении ребенка.

Андрей Елисеев

http://belinstitute.eu/ru/node/710




by Dr. Radut.